?

Log in

No account? Create an account

Next Entry



Когда-то у нас было время,
Теперь у нaс есть дела,
Доказывать, что сильный жрет слабых,
Доказывать, что сажа бела.
Мы все потеряли что-то
На этой безумной войне.
Кстати, где твои крылья,
Которые нравились мне?

В.Бутусов "Крылья"


На минувшей неделе многие областные газеты опубликовали сообщение пресс-службы областной администрации, пафосно озаглавленное «Свет в конце тоннеля». Речь в тексте шла о многострадальном Смоленском авиазаводе: дескать, создана рабочая группа по финансово-экономическому оздоровлению этого предприятия, заменено руководство – генеральным директором СмАЗ стал А.М.Мирошкин. Здесь же сообщалось о встрече губернатора А.Д.Прохорова с директором Саратовского авиазавода А.В.Ермишиным, в результате которой наш завод получил заказ на изготовление шести крыльев для самолета ЯК-42Д, что обеспечит годовой объем работы для трех тысяч специалистов.

В вышеуказанном сообщении для человека, читающего порой смоленскую прессу, отдельные центральные издания и смотрящего «Криминал» на НТВ, сразу загорелись бы своеобразные маячки – ЯК-42Д, крылья, фамилии Ермишина и Мирошкина, два авиационных завода, - которые моментально навели на мысль об одной истории, длящейся уже четыре года.

ИСТОРИЯ ОДHOГО КОНТРАКТА

Всем известно, что Смоленский авиазавод - одно из самых бедствующих в нашей области предприятий, несмотря на теоретически имеющийся потенциал. В 1994 году на его складах скопилось десять комплектов крыльев для самолета ЯК-42Д, которые не находили покупателя. Точнее, покупатель был. В России существует лишь один завод, производящий этот тип самолета (без крыльев), и расположен он в Саратове. Купить крылья в Смоленске он был не в состоянии, что же до смоленских авиастроителей, то ради изготовления тех десяти комплектов были взяты кредиты в банках «Титан», Авиабанке и Сбербанке. Нужен был конкретный заказ, который позволил бы одним продать крылья, другим - сделать самолет.

Заказ такой был найден Смоленским центром деловых кругов (СЦДК), возглавляемым С.Г.Левенковым. Предложение, сделанное генеральному директору СмАЗ Л.А.Серых, выглядело так: завод обменивает десять комплектов крыльев на готовый самолет, изготовленный в Саратове, который затем продается на рынке. Хорошо было бы всем: Саратовскому авиазаводу достаются крылья, Смоленскому - живые деньги от продажи ЯК-42Д, банкам – взятые у них кредиты, покупателю - готовый самолет. Покупатель, кстати, был найден - волгоградская авиакомпания «РДС Авиа», которая готова была заплатить за самолет - с тем, чтобы впоследствии переоборудовать его для нужд МЧС России.

Левенков и Серых отправились в Саратов и быстро нашли общий язык с генеральным директором Саратовского авиазавода Ермишиным: сделка была заключена, вот только г-н Серых почему-то обязался поставить в Саратов не десять, а пятнадцать комплектов крыльев. Факт неясный: КБ Яковлева вполне официально расценивает стоимость одного комплекта крыльев в четверть стоимости целого самолета, таким образом, подобного рода обмен обошелся бы не в пятнадцать, даже не в десять, а всего в четыре комплекта крыльев. Но это по логике вещей, которая не всегда совпадает с точкой зрения и интересами конкретных людей: СмАЗ, таким образом, должен был передать в Саратов не только те десять комплектов крыльев, которые имелись к тому времени на складе, но и изготовить еще пять. В конце концов, как посчитал для себя Семен Левенков, это дело завода: предприятие государственное, можешь раздавать деньги кому угодно. (Говоря о том, что СмАЗ - госпредприятие, в виду имеется то, что контрольный пакет акций завода принадлежит государству, что же до Саратовского завода, то он акционировался первым в СССР и является частным предприятием.)

Что было дальше? В Саратове г-н Ермишин показал приехавшим смолянам ЯК-42Д (заводской номер 0916), г-н Серых отгрузил в Саратов десять комплектов крыльев, а г-н Левенков заключил договор с «РДС Авиа», согласно которому должен получить 2.500.000$US после того, как авиакомпания переоборудует ЯК-42 и продаст его.

СЦДК перечислил СмАЗу 2,5 млн. долларов, но вдруг выяснилось, что г-н Серых с взятыми на себя обязательствами справляется как-то не очень. В Саратов ушло лишь десять комплектов крыльев, а к изготовлению недостающих пяти на СмАЗе даже не приступали. После небольшой проверки Левенков выяснил, что и комплектующие для новых крыльев на предприятиях-смежниках не были заказаны...

ПРОЩАЙ, КОНТРАКТ!

Результатом такого расклада стала ситуация, когда исполнение двух заключенных контрактов оказалось под вопросом. Смоленск недопоставил в Саратов пять комплектов крыльев и, естественно, не мог получить готовый ЯК-42. Соответственно, самолет не мог перейти в собственность «РДС-Авиа» и не мог быть переоборудован для нужд МЧС. Соответственно, СЦДК не мог получить от «РДС-Авиа» причитающиеся ему деньги.

Говоря о том, что г-н Серых установил стоимость готового ЯКа в 15 комплектов крыльев, нужно иметь в виду: сделка эта выглядела откровенно кабальной для СмАЗа, ее нетрудно было расторгнуть и поменять в контракте цифру 15 на цифру, скажем, 10. Это, однако, генеральному директору СмАЗа было не нужно, и можно лишь догадываться о причинах такого отношения к делу. Предположения не сложны, если иметь в виду, что налицо переток государственных средств (имущества) в частный сектор: СмАЗ контролируется государством, его собственность - 10 комплектов крыльев – передана частному авиазаводу в Саратове.

НА СЦЕНЕ – НАЛОГОВАЯ ПОЛИЦИЯ!

После проверки СЦДК налоговой инспекцией к Левенкову пожаловала налоговая полиция. На белый свет выплыл документ - приемо-сдаточный акт от 19 октября 1994 года, подписанный двумя генеральными директорами - г-ми Серых Л.А. и Ермишиным А.В. Согласно этому документу, ЯК-42Д, заводской номер 0916, изготовленный в Саратове, поставлен в Смоленск, передан «РДС Авиа» и принят на ответственное хранение в том же Саратове. Две подписи, две печати. В ответ на вопрос: принят ли самолет в собственность «РДС Авиа», возникла еще одна бумага: приемо-сдаточный акт от 18 января 1995 года, согласно которому СмАЗ передал самолет представителю «РДС Авиа», заместителю генерального директора этой компании г-ну Горину В.П. Из его показаний прокурору: «В момент подписания этих актов со стороны представителей Саратовского авиазавода никаких претензий не было... Поскольку на момент подписания приемо-сдаточного акта самолет не был готов к эксплуатации, предполагались дополнительные работы по условиям нового владельца самолета, то есть «РДС Авиа»… Подписание приемо-сдаточного акта означает лишь то, что самолет перешел в собственность авиакомпании «РДС Авиа»». Стоит заметить, что решение о готовности самолета к эксплуатации принимается лишь после его госрегистрации, которой в данном случае и не пахло…

Между тем, прокурор Смоленской области передает дело о неуплате налогов С.Г.Леверковым (речь идет о сумме около 3 млрд рублей старыми) следователям ФСБ… До боли знакомая картина: не так давно наша газета интересовалась другим делом, которое также было поручено чекистам – делом бывшего начальника ОНОНа, майора милиции А.П.Гладкова. Нарушение подследственности налицо, но если уж в деле Гладкова (речь шла о взяточничестве) можно было списать все на наличие некой гостайны, то почему гриф «секретно» был поставлен на деле о неуплате налогов – загадка. У Левенкова были изъяты документы, но не так, как того требует закон – с понятыми, с описью и т.д. Бравые парни просто свалили все в мешки и унесли. Стоит ли говорить о том, что часть изъятого впоследствии обнаружить не удалось, а прокуратура на такую мелочь внимания не обратила?! Не стоит говорить и о том, что финансовая ревизия, которая необходима в случае, когда речь идет о подобного рода делах, организована была только в СЦДК, и не затронула ни Смоленский авиазавод, ни Саратовский. А следовало бы. В материалах дела был документ, подписанный главным бухгалтером Саратовского авиазавода В.А.Аристарховым, где было ясно сказано: самолета, о котором идет речь, нет в природе, он находится в стадии строительства, акт приема-передачи его в Смоленска – фиктивен, равно как фиктивна и передача его на ответхранение Саратовскому заводу фирмой «РДС Авиа».

Состоялся суд, на котором руководство СмАЗa (Л.А.Серых, А.М.Мирошкин и др.) дало показания: все сделано по закону, а Левенков – обманывает, несмотря на все представленные им суду документы. Семен Георгиевич был признан виновным в неуплате налогов и приговорен к 18 месяцам лишения свободы. Отсидел он, правда, не весь срок - был освобожден досрочно за примерное поведение. Единственным его впечатлением было то, что настоящие преступники в тюрьме не сидят - сидят за кражу курицы, за избиение жены по пьянке и тому подобное. (Вот, кстати, еще одна загадка: вместо того, чтобы рассматривать дело Левенкова в Ленинском суде, по месту его жительства, как того требует закон, разбирательство почему-то происходит в Заднепровском районном суде...)

Meжду тем, «РДС Авиа» обращается в Саратовский арбитражный суд с иском о передаче ему Саратовским авиазаводом самолета ЯК-42Д. После серьезного изучения документов в иске «РДС Авиа» отказано, а суд отобразил в своем решении вину Смоленского авиазавода в срыве контрактов. Получилось так, что два российских региона живут в различном правовом поле - на Смоленщине действует один Уголовный кодекс, в Саратовской области - другой. Здесь виновен и должен сидеть в тюрьме Левенков, там выясняется, что Левенков выполнил все свои обязательства. Кстати, Саратовский арбитражный суд наложил на СмАЗ сначала 8 млрд. штрафа, теперь эта сумма увеличивается еще на 68 млрд. (старыми).

Генеральная прокуратура РФ, вместо того, чтобы заметить этот парадокс и либо опротестовать решения обоих судов, как противоречащие друг другу, либо одно из них, 15 июля этого года поручает провести дополнительное расследование обстоятельств дела… опять же Смоленской областной прокуратуре! На проведение доследования закон отпускает два месяца, срок этот наступает 15 сентября, но на момент написания этой статьи работники прокуратуры даже не вызвали к себе С.Г.Левенкова…

БУДЕТ ЛИ ТОЧКА НАД «I»?

Три года руководители двух авиазаводов думают, как выбраться из этой истории. СмАЗ обложен штрафами и по-хорошему из них не выберется. В то же время этот завод – единственный в мире – желает крылья для ЯК-42. Рухни СмАЗ, и вслед за ним рухнет Саратовский авиазавод, который рассчитан исключительно на строительство самолетов этого типа. Если остановятся оба завода, рухнет еще 1200 предприятий, которые обслуживают сборку ЯК-42, и останется только похоронить самое крупное в мире КБ Яковлева. Вся эта лавина, напомню, началась с 2,5 миллионов долларов. Сумма эта втянула в дело массу людей по всей стране: в курсе дела Генеральная прокуратура, Совет Федерации, идет речь о привлечении Конституционного суда РФ, знаком с ней и новый губернатор нашей области А.Д.Прохоров. Правда, удивляться по-прежнему есть чему: о решении Генпрокуратуры России сказано выше, а новым генеральным директором СмАЗа, как уже было сказано, становится А.М.Мирошкин, участвовавший в этой истории в качестве главного контролера СмАЗа не менее самого г-на Серых - ведь именно он «передавал» самолет волгоградской фирме и свидетельствовал (!) об этом в суде.

Очевидно одно: при таком отношении к делу прокуратуры и суда никто и никогда не станет вкладывать деньги в Смоленщину. Прошло четыре года, но до сих пор точки над «I» в описанном конфликте не расставлены. До тех пор, пока справедливость не будет восстановлена, никаких инвестиций ни СмАЗу, ни области в целом не видать: такие истории скрыть не удастся. Есть путь попроще: обратиться к организациям, специализирующимся на выбивании долгов, - таким, как «Альтернатива» или «Щит». Обращение к ним выглядит просто: потерпевший просто передает им за определенную плату все документы, доказывающие его правоту, а эти фирмы все дальнейшее берут на себя... Порок оказывается наказан. Семен Георгиевич против такого способа решения проблемы: «На такие меры мы не идем, это будет просто «лесоповал». Это наш вопрос, и мы хотели бы получить ответ на него самостоятельно и в законном порядке».

На настоящий момент задача выглядит следующим образом: пусть областные и федеральные власти разберутся в том, что творится на территории Смоленщины, пусть будет серьезное и спокойное юридическое и экономическое разбирательство. Не будет поставлена точка - и плохо будет всем, не только Левенкову: плохо будет СмАЗу, так как никаких заказов он не получит и просто разорится, плохо будет областным властям, так как они лишатся доверия бизнесменов – это своего рода пробный шар для новой администрации, и не поможет никакая рабочая группа по выводу авиазавода из кризиса. Смешно, что все началось с 2,5 млн. долларов... Такие дела.

"Смоленские губернские ведомости", 4 сентября 1998 года