?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Голодная "Родина"



На прошлой неделе несколько смоленских журналистов побывали в Государственной Думе, где с 21 января голодают депутаты из фракции «Родина».

Пятеро членов фракции «Родина» - Дмитрий Рогозин, Олег Денисов, Иван Харченко, Андрей Савельев и Михаил Маркелов - объявили голодовку. Они потребовали ввести мораторий на действие федерального закона № 122, в соответствии с которым в России осуществляется монетизация льгот, и отправить в отставку главного идеолога этой реформы – министра здравоохранения и социального развития Михаила Зурабова. Члены фракции «Родина» также требуют, чтобы «Единая Россия» прекратила политику приватизации Государственной Думы и начала относиться с уважением к инициативам и законопроектам других фракций и независимых депутатов.




Что тут скажешь: метод борьбы парламентариями выбран нетрадиционный, даже и не знаешь, как к такому отнестись. Проходит голодовка в просторном кабинете лидера фракции «Родина» Дмитрия Рогозина с окнами на Кремль, где для ее участников поставили пять надувных кроватей. Одна из них, предназначенная для босса, можно сказать, двуспальная – выше и шире прочих. Когда на месте событий появились мы, флагманское лежбище украшала алая футболка с эмблемой сборной Москвы по сумо. Яркая деталь заставила призадуматься: неужели Дмитрий Рогозин занимается этим видом борьбы? И насколько ухудшатся его спортивные показатели теперь, когда он начал голодовку? Для сумоистов ведь вес очень важен… Кстати, первое, что бросилось в глаза в кабинете – солидные запасы питьевой воды с газом и без. На четырех из пяти кроватей лежали ноутбуки – голодающие активно общаются с соратниками на сайте «Родины», а саму голодовку поначалу даже планировалось транслировать в Интернете.

Лидер фракции «Родина» был облачен в джинсы и теплый серый свитер. Ради общения с региональными журналистами он демократично расположился за ножкой буквы «тэ» своего большого стола. Место оказалось выигрышным: за спиной голодающего вздымались башни Кремля, к которому фактически и обращен протест Дмитрия Рогозина и его товарищей.



Совсем недавно, в период предвыборной кампании депутатов Государственной Думы «Родину» считали кремлевским проектом. Теперь лидер партии критически отзывается о президенте Владимире Путине, при попустительстве которого на страну обрушилась социальная реформа, и показывает пальцем в телевизор, откуда не доносится ни слова о его акции протеста. «Посмотрите, кого показывают: коммунистов, нацболов, Жириновского, - говорит Рогозин. – Где «Родина»? Такое впечатление, что ее вообще нет! И вы говорите, что мы – кремлевский проект? Да про нас все каналы жужжали бы!». Героями Рогозин считает тех губернаторов, у кого хватила ума реально оценить последствия реформы и оставить на своих территориях все, как было.

И все-таки: почему голодовка? Объяснение, которое дает Рогозин, звучит странно. «Правительство не замечает, когда голодовку объявляют шахтеры или рабочие предприятий, которым не платят зарплату. Депутаты «Родины» решили проверить, заметят ли в правительстве то обстоятельство, что голодовки идут уже в помещении Государственной Думы». Задавать каверзные вопросы голодающему четвертые сутки политику не хочется. И все-таки: почему голодовка депутатов более достойна внимания правительства, чем голодовка шахтеров? «Это беспрецедентная акция, - говорит Дмитрий Рогозин. – В помещении российского парламента голодают депутаты, потерявшие последнюю надежду не просто защитить, но даже озвучить интересы своих избирателей. Нас поддерживает вся страна - не только члены партии «Родина», но и простые граждане России. Они понимают, что иного способа быть услышанным в нашей стране больше нет».



Три стены в большом зале заседаний фракции «Родина» покрыты сотнями разнообразных телеграмм и факсов со всех концов России (нашлись и те, что были отправлены из Смоленска). В каждом из них слова поддержки, в каждом втором – призывы «Идите до конца!», «Не сдавайтесь!». До какого конца? Неужели граждане России желают Дмитрию Рогозину и его товарищам голодной смерти? Вечером в прошлую пятницу был госпитализирован депутат Андрей Савельев, состояние здоровья которого резко ухудшилось. Все-таки это нелегко – голодать. Еще во вторник Рогозин хорохорился – мы, дескать, спортсмены, мы духом сильны! А в пятницу – «скорая»… Трогательное письмо от стариков: «В годы войны мы боролись с фашистами за вашу счастливую жизнь. Спасибо, что вы боретесь за нашу счастливую старость!». И опять: «Держитесь!»

Может, люди рассчитывают, что протест «родинцев» будет услышан, монетизация отменена, а Зурабов – уволен? В чем уже мало кто сомневается, так это в последнем – у нас всегда находится подходящий стрелочник, чтобы списать провалы верховной власти, и Зурабов в данном случае – вариант идеальный. А вот насчет введения моратория на монетизацию…. Это сомнительно.

А как Рогозин к самой идее монетизации относится? Нам же говорят, что не она плоха не сама по себе, плох механизм ее реализации… И реализаторы! «Было совсем не обязательно монетизировать все льготы, - заявил обозревателю «Рабочего пути» Дмитрий Рогозин. – Ведь понятно, что деньги, которые выплачивает государство, дешевле, чем соответствующие натуральные льготы, которые никак не зависят от инфляции. Монетизировать льготы нужно было там, где ими нельзя воспользоваться. Льготы на общественный транспорт и телефон в сельской местности, где того и другого отродясь не было, например. К тому же в демократическом государстве у граждан должно быть право выбора. Если бы наше правительство хотело, чтобы люди почувствовали реальную выгоду от социальной реформы, оно бы им такой выбор предоставило и не вынуждало выходить на улицу в лютый мороз! Почему возникли митинги? В результате реформы людей, у которых есть огромные заслуги перед страной, поделили на два сорта. Одним дали денег, а вторых льгот просто лишили, поскольку 71 субъект Федерации живет за счет дотаций из Москвы и не имеет денег для решения такой задачи. Эти льготы фактически отменены! Вместе с заслугами граждан перед страной! Если бы монетизация была действительно выгодна, правительство, депутаты, президент в первую очередь заменили деньгами свои льготы. Этого нет. Соответствующие поправки, которые вносила фракция «Родина», были отклонены. И это – лучшее доказательство антинародного характера зурабовской реформы».



Беседа длится недолго: пресс-секретарь «Родины» - женщина в розовой кофточке - выпроваживает нас из кабинета, сославшись на то, что «Дмитрий Олегович уже восемь часов отвечает на вопросы, ему надо отдохнуть». На часах - почти 18 часов, отработавшие госдумовские аппаратчики тянутся к выходу из здания. Коридоры Государственной Думы пустеют. Несмотря на пустынность (а может быть, благодаря ей) чувствуешь, как все здесь пропитано запахом власти – не борщом она пахнет, а деньгами! Вот где сила, вот где возможности, вот где реально «пилят бабки»! Но люди в Государственной Думе очень порядочные! Когда мы только вошли в здание Государственной Думы, пришлось миновать металлоискатель. Оказался он посолидней того, что недавно появился в Доме Советов, и реагировал буквально на все. Вынимая из карманов все предметы, содержащие металл, я случайно уронил на пол расческу. Поднимать не стал – сзади ждали люди. И что вы думаете? Когда мы покидали здание Государственной Думы, оказалось, что моя расческа лежит на месте! Никто не покусился!

Какой же вывод сделать из поездки? В то, что Рогозин и его товарищи голодают, автор этих строк верит (правда, голодовка вряд ли осталась единственной формой протеста, доступной депутатам Государственной Думы). В то, что она носит рекламный характер – тоже (в конце концов, цель ее участников – обратить на себя внимание, пусть это и может оказаться во благо большим группам населения). А вот в кремлевское происхождение этой акции верится с трудом: президент высказался против отставки правительства. Это означает, что «Родина» вышла в самостоятельное плавание, и предсказывать теперь ее судьбу ответственный астролог теперь не возьмется.









"Рабочий путь", 1 февраля 2005 года