?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry



Торф для смоленских губернаторов – это такой непобиваемый козырь. Если от тебя ждут чего-то экономического и масштабного, достаточно упомянуть о невероятных запасах торфа на Смоленщине и рассказать о каких-то мифических проектах его использования, чтобы заслужить славу крепкого хозяйственника и видного экономиста. Заявление о строительстве в Ярцеве ТЭЦ, которая будет работать на торфе, сделанное губернатором Алексеем Островским в прошлом году, - не первое в этом ряду.

Не нашел в своем архиве сведений о том, были ли какие-то планы относительно разработки месторождений торфа у губернаторов Анатолия Глушенкова и Александра Прохорова, но вот Виктор Маслов эту тему эксплуатировал активно. В марте 2003 года, выражая обеспокоенность по поводу обеспечения региона газом, он заявил: «Мы оказались в ситуации, когда просто не способны найти другие варианты решения проблем, связанных с теплообеспечением населения. У нас нет своего месторождения, не по нашей вине все котельные используют только газ, отказались от угля, от торфа. Ситуацию мы будем поправлять. Считаю это принципиально важной задачей, поскольку, похоже, газовики еще долго нас будут подводить. Надо развивать свое месторождение торфа, надо искать альтернативные источники энергии, развивать энергосбережение».

Тему эту Маслов не закрыл, и в 2007 году, как раз в это время, выступил на заседании правительства России с докладом о социально-экономическом развитии Смоленской области. Одной из важных проблем, затронутых в его докладе, были огромные неиспользуемые запасы торфа. «Нас это не устраивает, но возможность дать реальный толчок торфопереработке появляется при выполнении одного условия – перевода Смоленской ГРЭС на проектный вид топлива, которым торф и является», - заявил по возвращении из столицы журналистам губернатор. При этом он отметил что ни РАО ЕЭС, ни ОГК-4 (структура, объединившая генерирующие предприятия нескольких регионов России, включая Смоленскую область) не проявили интереса к решению этой проблемы, поскольку использовать газ проще. Правительство интерес проявило, что доказал соответствующий пункт в его официальном решении: «Минпромэнерго России, Минэкономразвития России, ФСТ России совместно с администрацией Смоленской области и ОАО РТК «Ростоппром» подготовить предложения о переводе работы филиала «ОГК-4» «Смоленская ГРЭС» на проектное топливо и о повышении эффективности добычи и переработки торфа».

Это решение оказалось невыполнимым. И совсем не из-за скорой отставки Виктора Маслова, а потому что 15 сентября 2007 года состоялся аукцион по продаже принадлежащего государству контрольного пакета акций ОАО «ОГК-4». Его победителем стал немецкий концерн Е.ОN, Смоленская ГРЭС автоматически превратилась в иностранное предприятие, и влиять на используемое им топливо правительство России, даже если бы подобное желание возникло, оказалось уже не в состоянии.

К Смоленской ГРЭС я еще вернусь, а пока хочу отметить, что и губернатор Сергей Антуфьев не выпускал из виду смоленские запасы торфа, только нашел для них совершенно новую сферу применения. Подводя итоги первых ста дней своей работы на посту главы региона, он сообщил: «Я поручил департаменту экономического развития подготовить и разместить на сайте областной администрации официальное предложение по размещению на территории региона (…) двух заводов по производству биотоплива. По территории нашей области сегодня официально проходит до 30 процентов всех российских грузовых автоперевозок - до 3000 фур в день, и это значит, что биотопливо обязательно будет востребовано. Такие заводы строят в Белоруссии, Прибалтике и Европе, так почему не построить пару таких предприятий на нашей территории? Сегодня есть технология производства биотоплива из рапса, его можно производить из торфа. Рапс мы будет производить, а торф на Смоленщине был всегда. Понимаете, эти идеи витают в воздухе, в них нет ничего революционного. Их просто нужно реализовать».

На пресс-конференции в московском офисе «Интерфакса» 15 августа 2008 года Сергей Антуфьев сделал по этому поводу еще более яркое заявление: «Есть технические предложения производства топлива из торфа, а у нас большие территории торфяников. Если сумеем реализовать (…) эту технологию производства топлива, то станем маленьким Кувейтом».

Как мы знаем, разработка торфяников при Антуфьеве так и не началась, не появлялось и профильных инвестиционных проектов, направленных на реализацию этой светлой идеи.

В прошлом году губернатор Алексей Островский заявил, что в Ярцеве будет построена «мощнейшая» ТЭЦ, топливом для которой послужит торф. В августе 2012 года некоторые подробности этого проекта появились в официальной «Смоленской газете», правда, фраза «Северо-Западная топливно-производственная компания (СЗТПК) и фирма «Энергострим» начали строить в Ярцеве «торфяную» ТЭЦ» оказалась преувеличением: на тот момент никто в администрации Ярцевского района и города Ярцева об этом проекте не имел ни малейшего представления.

Администрация Ярцевского района объявила о начале осуществления крупного инвестиционного проекта, связанного со строительством тепловой электростанции на торфе, только 11 декабря 2012 года, а уже через месяц появилось ощущение, что от всей этой затеи очень дурно пахнет. Как оказалось, ее реализацией в Смоленской области намеревались заниматься как раз те лица, деятельностью которых (выводом активов компании «Энергострим» за рубеж, нанесшем ущерб свыше 12 млрд рублей) в конце 2011 года искренне возмущался тогда еще премьер-министр Владимир Путин (сообщение «Интерфакса» я приводил вот здесь >>>). Тот самый гендиректор «Энергострима» Юрий Желябовский, на которого ссылалась в своей заметке о «торфяной» ТЭЦ «Смоленская газета», был объявлен в розыск и не найден, поскольку скрылся за границей вместе со своими соратницами Татьяной Муромцевой и Татьяной Бондаревой.

В официальном докладе губернатора об итогах деятельности в 2012 году, переданном на рассмотрение депутатам облдумы, «торфяная» ТЭЦ, несмотря ни на что, упоминалась. Фракция КПРФ спрашивает Алексея Островского: «Чем вызвано намерение строительство мощной ТЭЦ и где оно планируется?» (именно так в тексте). И губернатор отвечает: «В целях использования возобновляемого источника энергии (торфа) рассматривается вопрос о привлечении инвестиций в строительство источников в режиме комбинированной выработки электрической и тепловой энергии в городе Ярцево Смоленской области. В настоящее время место расположения, объемы производства, а также возможные потребители для использования как тепловой, так и электрической энергии, рассматриваются потенциальным инвестором».

Если история мошенников из «Энергострима» кого-то интересует, можно почитать вот этот пост блоггера Дмитрия Носкова, где сконцентрировано много материала по этой теме. Там, кстати, всплывает имя миллиардера Сергея Веремеенко – того самого, которого на днях назвали причастным к противозаконным действиям в финансовой деятельности ОАО «Смоленскэнергосбыт». И эта самая противозаконная деятельность - выкачивание денежных средств из Смоленской энергосбытовой компании – напрямую связывается с проектом строительства «торфяной» ТЭЦ! Почитать можно вот здесь >>>

В общем, пусть ярцевские власти уже и земельный участок для строительства «торфяной» ТЭЦ выделили, но что-то подсказывает, что не быть этому проекту реализованным (местные жители, кстати, затее удивляются: мол, нету же у нас в районе запасов торфа!).

Чтобы поставить точку, вернусь к Смоленской ГРЭС. Решение о ее строительстве было принято руководством Министерства энергетики и электрификации СССР в 1965 году. При выборе площадки для строительства электростанции приоритет был отдан Духовщинскому району. На севере района на расстоянии 20 километров от места строительства находились огромные запасы торфа, и котлы станции по тепловому балансу были спроектированы на сжигание 70 процентов торфа и 30 процентов мазута, то есть станция изначально «привязывалась» к местному виду топлива. Пуск Смоленской ГРЭС, который стал возможным благодаря инициативе и упорству первого секретаря обкома КПСС Ивана Клименко и управляющего «Смоленскэнерго» Исаака Басина, стал знаменательным событием: уже с вводом первого энергоблока мощностью 210 МВт регион полностью обеспечил свои потребности электроэнергией. Только вот… торф использовать не получилось! Торфопредприятие, на работе которого при проектировании строился весь расчет, просто не осилило тот объем поставок, который был необходим для ритмичной работы станции – 210 тысяч тонн в месяц.

Мне вот кажется, что изучив опыт предшественников, многое можно было бы уже и не говорить, и не обещать. Если организовать поставки достаточного для работы электростанции объема торфа не удалось в советское время, когда на руководящих постах в промышленности и энергетике работали не менеджеры, а высококвалифицированные специалисты, то что говорить о сейчас?